Сообщить новость
13 февраля в 09:34

Писательница Анна Матвеева: «Общий уровень журналистики падает. Эта профессия, как и многие другие, умирает

Автор поделилась с JustMedia секретами своей работы.

Писательница Анна Матвеева: «Общий уровень журналистики падает. Эта профессия, как и многие другие, умирает
Писательница Анна Матвеева: «Общий уровень журналистики падает. Эта профессия, как и многие другие, умирает

Анна Матвеева пишет книги, которые привлекают читателей интересными и необычными сюжетами, правдоподобностью и живым языком. Среди ее произведений – романы «Перевал Дятлова, или Тайна девяти», «Завидное чувство Веры Стениной», сборники рассказов «Горожане», «Девять девяностых» и многое другое. За свое творчество Анна была удостоена международной премии, а недавно впервые получила литературную награду в России. Раньше писательница была постоянной участницей шорт-листов, но не входила в число лауреатов, и вот, жюри Всероссийской литературной премии имени Бажова, наконец, признало лучшей в номинации «Проза»  книгу Матвеевой  «Горожане».

 

В интервью JustMedia Анна Матвеева рассказала о том, как создает свои произведения, почему важно заниматься любимым делом, и в чем сложности перевода книг на другие языки.

 

- Совсем недавно вы получили премию имени Бажова. Какие у вас ощущения?

 

- Конечно, мне было очень приятно. Я привыкла доходить до финала и на этом останавливаться, но мне, как любому человеку, хотелось чего-то большего. Очень символично, что свою первую награду я получила в родном Екатеринбурге.

 

 

 

- Формат книги «Горожане», удостоенной премии, очень необычный. Как у вас появилась идея объединить в пары знаменитых екатеринбуржцев?

 

- Сравнивать людей всегда интереснее, чем рассказывать о ком-то одном. Формат я придумала сама, это потом уже все (и я тоже) стали вспоминать «Сравнительные жизнеописания» Плутарха и «Гения места» Петра Вайля. Скорее, можно сказать, что я отчасти позаимствовала идею британского писателя Грэмма Робба – когда начинаешь читать его рассказы, то не сразу понимаешь, о каком известном человеке идет речь.

 

- Получается, что на написание «Горожан» вас вдохновил Грэмм Робб?

 

- Нет, изначально мне хотелось написать книгу о Екатеринбурге и его людях, и только потом уже я стала думать о том, как это сделать. 

 

- Герои вашей книги - Николай Коляда, Владимир Шахрин, Евгений Ройзман. Как они отнеслись к тому, что вы написали про них?

 

- Все были довольны, и это вполне объяснимо – кто же откажется стать героем литературного произведения еще при жизни? Мои «герои» мне доверяли, но перед публикацией я все равно дала им прочитать готовые тексты. Так что у них был шанс что-то изменить, но они им, можно сказать, не воспользовались. Была совсем незначительная правка.

 

 

 

- Последние ваши книги – «Лолотта и другие парижские истории» и «Горожане» - вышли в прошлом году. Над чем работаете сейчас?

 

- Я пишу большой роман в двух (если не в трёх) томах, основанный на семейной истории. Начинается действие в конце XIX века в Полтаве, потом переносится в Польшу, затем – в Швейцарию и Россию. В произведении будет много подробностей о жизни, быте, традициях позапрошлого и прошлого века. Эта книга для меня очень важна, я никогда не писала ничего похожего. Пока самой сложно понять, во что я ввязалась, но, по-моему, получается интересно. По крайней мере, мне нравится перечитывать то, что я написала, а это ощущение - самое верное. Если книга интересна мне, значит, она может понравиться и кому-то еще.

 

- Поделитесь секретом, откуда вы берете идеи для своих произведений?

 

- Закономерностей здесь нет. Все и всегда происходит по-разному. Чтобы написать рассказ, иногда достаточно поймать нужное настроение. Для романа этого мало: необходима крепкая, интересная история.

 

 

 

 

- То есть вы сначала придумываете структуру произведения, а потом заполняете ее текстом?

 

- Нет, я пишу так, как пишется, а потом смотрю, куда меня это выведет, но при этом стараюсь держаться в рамках сюжета и не менять основное направление. В целом, я работаю свободно, не подчиняясь ничему кроме логики и правды жизни. Работа над книгой должна приносить удовольствие. Если самому писателю не интересно то, что он делает, и если он занимается лишь заполнением структуры текстом, то это будет, как минимум, неживое произведение.

 

- У вас, наоборот, тексты очень живые. У героев есть прототипы?

 

- В чистом виде – никогда. Я многое придумываю, но могу дополнять образы чертами реальных людей. Бывает, что какой-то человек идеально «входит» в сюжет, но я все равно «разбавляю» образ выдуманными чертами.

 

Как все писатели, я внимательно наблюдаю за людьми, записываю интересные истории, слова, сюжеты. В моих книгах многое взято из реальности, в этом и заключается жизненность историй.

 

 

 

 

- А когда вы почувствовали, что у вас есть литературный талант?

 

- Способности такого рода проявляются рано, еще в детстве, а  развивать их можно бесконечно. Не менее важно и умение организовать себя, заставить работать в полную силу. Этим я начала заниматься ближе к 30 годам. Раньше писала для собственного удовольствия, не задумываясь над тем, что это – моя работа, профессия, призвание.

 

- Получается, какое-то время вы «писали в стол»?

 

- Ну что вы, я очень практичный человек! Все, что начинаю, как правило, заканчиваю. Есть лишь пара-тройка текстов, погибших на стадии черновика. А еще очень важно не выбалтывать истории, о которых ты пишешь, потому что иначе к ним сам же теряешь интерес. Появляется иллюзия, что все это уже написано. Надо меньше говорить, над чем ты работаешь, и больше собственно работать.

 

- Вы пишете по вдохновению?

 

- Считаю, что вдохновение придумали лентяи, которые не хотят трудиться. Литературное творчество – такая же работа, как все остальные. Каждый день я сажусь за стол и пишу, а когда не хочется – заставляю себя. Иногда работа идёт легче, может, это и есть вдохновение?.. Тогда пишется с удовольствием, но такое состояние приходит не сразу, а когда ты преодолел трудное начало.

 

- Бывает, что вам надоедает писать?

 

- Мне повезло, я нашла работу, которая приносит мне не только средства к существованию, но и радость. И мне кажется, что любой человек может найти такое дело, главное – сделать правильный выбор и  обладать работоспособностью, граничащей с трудоголизмом. Здесь мало что зависит от удачи и везения, как, например, в случае с семьей. Никто не может гарантировать того, что мы будем счастливы в браке, или что у нас будут прекрасные дети. Да, можно делать какие-то шаги в этом направлении, но не более того. С любимой работой же все совершенно по-другому: если ты вложишь туда много сил, любви, души, то обязательно получишь хороший результат. Я в это твердо верю.

 

- Но бывает же, что человек хочется зарабатывать любимым делом, но у него не получается.

 

- Надо понимать, что любимое дело не сразу принесет доход. Денег, вполне возможно, и не будет в том количестве, в котором они нужны. Я не могу сказать, что разбогатела писательскими трудами. Эта ситуация типична не только для России, точно также обстоят дела во всем мире, если, конечно, речь не идет о суперпопулярном авторе с миллионными тиражами. Практически все писатели, которых я знаю, работают кем-то еще: редактируют чужие книги, пишут статьи и критику, преподают. И я тоже так делаю. Хотелось бы зарабатывать только литературой, я даже делала попытки в этом направлении, но быстро поняла, что для этого еще не пришло время. Тем не менее, представить, что я оставлю эту работу и займусь чем-то другим, пусть даже это принесет большие деньги, не могу. Например, я могла бы писать сценарии для сериалов, это хорошо оплачивается. Я даже начинала этим заниматься, но у меня пропал интерес, когда я поняла, что тексты постоянно придется переписывать под заказ, а от этого меня воротит. В конце концов, не все измеряется деньгами. И когда в работе ты думаешь только о гонораре, ничего хорошего у тебя не получится.

 

 

 

- Вы также занимаетесь и журналистикой…

 

- Сейчас я пишу мало, и только на те темы, которые мне интересны. Есть несколько уважаемых мной изданий, с которыми я работаю – два швейцарских журнала и два российских. Когда-то давно, после окончания университета  я работала в газете, и там, мне, конечно, приходилось писать то, что скажут. Но я всегда любила журналистику, хотя ничего общего с писательством она не имеет. Мне нравится в ней максимально быстрая отдача. Написал текст – и его сразу же опубликовали! Журналистика прекрасна своей скоротечностью. К тому же, это хорошая школа, особенно для молодого человека. Он встречается с самыми разными, далеко не всегда приятными, людьми, учится задавать вопросы, проявлять себя. Журналистика многому меня научила и познакомила с интересными людьми: с некоторыми я поддерживаю отношения до сих пор. Хотя, конечно, журналистское образование оставляет желать лучшего. Да и в целом общий уровень падает – эта профессия, как и многие другие, умирает.

 

- Вы выросли в семье лингвистов. Как вы считаете, способности к языку передались вам по наследству?

 

- Я думаю, да. И мама, и папа прекрасно выражали свои мысли как в устном, так и в письменном виде. Мне повезло родиться в семье, где к русскому языку относились с любовью и уважением. И это заслуга родителей, что я стала вначале читателем, а потом – писателем.

 

- А как они привили вам любовь к чтению?

 

- Вокруг всегда было много книг... Читать меня никто не заставлял, наоборот, у меня отбирали книги, потому что начинало портиться зрение. Врач сказал, что я должна читать по полчаса в день, но мне это показалось смехотворным. В общем, я отстояла право читать столько, сколько хочу. Я мало гуляла, мне хотелось все время сидеть с книжкой. Да и до сих пор это мое любимое занятие.

 

- Ваши произведения уже переведены на английский, французский, итальянский, финский языки. Какие еще переводы планируются в будущем?

 

-  «Завидное чувство Веры Стениной» через год переведут на македонский. Мне это показалось очень забавным, я не думала, что Вера Стенина когда-то заговорит на македонском языке. Также в 2018 году появится болгарский перевод сборника «Девять девяностых» и чешский – «Перевала Дятлова» и «Найти Татьяну». Мне интересно, как примут мои книги в Чехии, потому что с этой страной у меня сложились особенно нежные отношения. «Перевал Дятлова» совсем скоро выйдет на китайском, жаль, что я не смогу оценить этот перевод... Надеюсь на мастерство переводчиков!

 

- Говорят, что в оригинале книги всегда лучше.

 

- А мне вот кажется, что нет. Многое зависит от перевода, и, вполне возможно, советские дети не любили бы так шведского Карлсона, если бы не талант переводчицы Лилианы Лунгиной. Сама я переводами не занимаюсь. Пыталась как-то перевести рассказ своего друга, британского писателя Ройстона Тестера, но быстро поняла, что не справлюсь. Дело даже не в недостаточном знании иностранного языка, а в том, что в переводе получался не Тестер, но снова я.

 

 Если говорить о долгосрочном будущем, кем вы видите себя через десять лет?

 

- Я об этом не думаю. Да, я люблю все планировать, но не хочу смешить Бога, и так далеко не загадываю. Сейчас я, что называется, стою на паузе. В этом году – надеюсь! –все мое время будет посвящено работе над романом. В 2016-м было так много встреч и поездок, что иногда я даже не понимала, где нахожусь, проснувшись с утра в очередной гостинице. Приятно, конечно, быть нужной, но главная моя задача - не «светить лицом», а писать книги. В прошлом году я восстанавливалась после написания двух книг, а теперь чувствую, что у меня накопились силы для новой работы, которой нужно отдать себя целиком.

 

Автор портретного фото: Евгений Волович

 

Просмотров: 3938

Автор: Дарья Панкратова

© JustMedia




Новости партнеров


Loading...

Комментарии ВКонтакте


Комментарии facebook


Последние события

Читайте также