От сумы и от тюрьмы… Уральцы подают нищим, но только тем, кто действительно нуждается в помощи. VIP-опрос

Известные уральцы рассказали, как они относятся к уличным попрошайкам.

В русской классике, например, у Достоевского, особое место всегда отводилось блаженным людям, юродивым. Сейчас их называют нищими или бомжами, и отношение в обществе к ним изменилось. В Екатеринбурге, как и во многих городах, есть свои «юродивые», которые имеют свое «место работы» и многим попадаются на глаза.

 

Мы спросили известных уральцев, как они относятся к нищим, подают им или нет и почему, насколько, по их мнению, современные нищие — настоящие. Мы также предложили высказать свое мнение по поводу разрабатываемых государством программ по борьбе с бедностью.

 

Нам ответили…

 

Аркадий Чернецкий, член Совета Федерации от Свердловской области:

—Да, подаю, хотя иногда внутренне ругаю себя за эти вещи. Так как предполагаю, что в этой среде достаточно большое количество жуликов развелось. Стараюсь как-то определить, насколько человек, который просит милостыню, действительно достоин ее, насколько серьезные у него увечья. Хотя, конечно, и здоровые могут придумать себе увечья… А программа по борьбе с бедностью у нас существует. И церковь занимает в ней достаточно активную позицию, существует раздача бесплатных обедов, теплых вещей. Строительство спецприемников в ограниченных количествах сейчас началось. Даже с точки зрения гигиены нужно пропускать нищих через эти приемники, чтобы выявить тех, кому нужно помочь. Я думаю, что достаточно много таких, которых можно выдернуть из этой среды.

 

Вадим Дубичев, советник губернатора Свердловской области:

—Я подаю. Не всегда, конечно, но когда, как мне кажется, нищий не профессиональный попрошайка, мне не жалко отдать ему рублей 50-100. Хотя я не специалист и могу ошибаться, подавать не настоящим нищим. Я много езжу по городу, так что некоторых нищих, действительно, запоминаю. Например, помню девушку, которая года два-три у нас на автовокзале на перекрестке стояла. Или паренька, у которого не все в порядке с психикой, который промышляет у «Салюта». Я сам живу на автовокзале, иногда вижу там инвалидов и всегда подаю им, несмотря на то, что они не попрошайничают. А что касается законопроектов по борьбе с бедностью, я бы порекомендовал перечитать послание Президента Федеральному собранию, там много тезисов посвящено этой проблеме, улучшению благосостояния населения.

 

Илья Борзенков, владелец сети магазинов «Норд» и «Алкомагия» и интеренет-магазина «Logo», лауреат премии «Ритейлер года-2012»:

—Не подаю. Это не принцип и не убеждение, просто не подаю. Хотя вру, в Питере на Невском однажды стояла женщина с собачкой. У собачки на шее висела табличка: «Дайте денег на сосиску». Я подал. Если у нас будут такие же креативные попрошайки, тогда я буду подавать. Но, увы, наши попрошайки способны только кататься на колясках на перекрестках, мешая движению автомобилистов. Подавать им — значит стимулировать их продолжать эту деятельность. Вообще, нищие — это элемент городской культуры. В Европе тоже есть бомжи, которые спят на люках теплотрасс. Но наши нищие, которые катаются на колясках между машин, никак не украшают город. Что касается законопроектов, я считаю, что нет необходимости государству вмешиваться в частную жизнь людей. А вот ГИБДД следовало бы обратить на них внимание, потому что в правилах дорожного движения не разрешено ездить по перекресткам на коляске.

 

Анатолий Малютин, директор Невьянского государственного историко-архитектурного музея:

—Как раз в эти минуты у нас начинается Третья благотворительная Демидовская ассамблея. Будет театрализованное представление, пройдет аукцион. Все средства от него пойдут на благоустройство детского городка возле Невьянского храма, на приобретение аттракциона для школьников. Это, по-моему, более реальная и действенная благотворительность, чем помощь нищему. Нищих я, конечно, встречаю, но подаю им не часто. К сожалению, среди них много профессиональных нищих, большинство из них тут же тратят деньги на водку, а подавать на водку грешно. Но если я вижу действительно нуждающегося человека, подаю.

 

Тагир Султанов, директор Свердловского регионального общественного учреждения «Свердловский областной Дом мира и Дружбы»:

—Откровенно говоря, такие люди есть во всем мире. Профессиональным нищим не даю. Если увижу старушку или ребенка-калеку, то сердце не выдерживает — бывает, что подаю. Но хочется быть уверенным, что эта помощь и поддержка действительно нужны. Из десяти встреченных нищих могу подать двум-трем. Программы помощи действительно надо разрабатывать, и не только по борьбе с нищенством. Правильно говорят: «Сильной стране — сильное государство». Ценности жизни надо поднимать. Но меня больше волнует поддержка пенсионеров, например. Знаю по своей маме, что пенсии у них мизерные.

 

Ольга Котлярова, директор регионального благотворительного фонда «Свои дети»:

—Я бы предложила развивать спортивное направление для малоимущих слоев населения. Спортивные детские секции у нас бесплатные, но в большинстве случаев имеют плохой спортинвентарь, либо не имеют его вообще. Наш фонд как раз занимается развитием этого направления. Правда, пока мы помогаем оснащать спортивные залы только для детей с ограниченными возможностями. Надеюсь, что в ближайшее время мы сможем делать это и для других детей. Что касается нищих, которые попрошайничают на улице, то иногда я им подаю. Ну, а если вдруг они меня обманывает и для кого-то из них это своего рода бизнес, то пусть это останется на их совести.

 

Алексей Гущин, генеральный директор AVS Development:

—Бедность — это состояние души, ну, если человек, конечно, не из люмпенов, тех, кто ничего не хочет делать и получать за это деньги. Считаю, что если человеку хочется зарабатывать и быть счастливым, если он, конечно, не ограничен физиологическими, умственными, возрастными возможностями, то он должен идти и делать что-нибудь, добиваться своей цели, а не сидеть и ждать, когда кто-то придет и сделает все за него. Что касается детей-сирот, инвалидов и пожилых людей, то им государство должно уделять больше внимания, причем не только с помощью денег. Если говорить о людях, которые попрошайничают на улице, то это однозначно бизнес. Большинство тех, кто просит — это профессиональные нищие. Поэтому обычно я таким людям не подаю. Хотя, как говорится, от тюрьмы и от сумы не зарекайся. 

 

Евгений Волк, заместитель директора «Фонда первого Президента России Бориса Ельцина»:

—Мне, кажется, нужно очень дифференцированно походить к категориям малоимущих. У нас в Москве есть программа «Скорая социальная помощь», по которой одиноким пожилым людям, живущим на одну пенсию, и инвалидам полагаются бесплатные обеды. Ежедневно по трем крупным округам Москвы бесплатные обеды получают 500 человек. И на эту программу ежегодно выделяется значительные денежные суммы. И надо такие проекты при поддержке благотворительных организаций и фондов реализовать и в вашей области.

Есть люди, которые могут и хотят работать, но для них нет рабочих мест или они не знают об их существовании. И надо создать инфраструктуру, которая бы позволяла вовлекать малоимущих в трудовой процесс. Знаете, есть такая притча. Можно накормить человека двумя способами: дать ему рыбу или удочку, чтобы сам поймал. Дать удочку, то есть создать благоприятную среду для увеличения занятости малоимущих, которые хотят работать — цель законодателей. Что касается нищих на улицах, то тут однозначного ответа нет. Сами знаете — в прессе много пишется о том, что существуют организованные структуры, которые нанимают людей для того, чтобы они попрошайничали. И самим людям, которые просят милостыню, достаются крохи.

Есть и люди реально бедствующие. Под одну гребенку их стричь нельзя. И задача государства — выявлять людей, которые хотят работать, и вовлекать их в трудовой процесс. Сам я стараюсь дифференцированно подходить к тем, кто просит милостыню. Если просит не алкоголик, не наркоман, то, конечно, стараюсь подать. А иногда видно за версту, что человек нанят вымаливать деньги для кого-то другого.

 

Юлия Селиванова, директор некоммерческого партнерства «Региональный альянс праздничной индустрии»:

—Для меня лучший способ помочь — это организовать благотворительные концерты. Вот уже 15 лет я занимаюсь проведением благотворительных мероприятий вместе с другими участниками «Ротари-клуба» в Екатеринбурге. Раз в год мы проводим благотворительную елку для детишек со всей области. Когда наши сотрудники видят радостные взгляды ребятишек, это очень вдохновляет. Мы рады, что у детишек есть возможность на это время почувствовать себя не обделенными. В благотворительности есть польза и для нас, организаторов. Кто знает, может быть потом нам «там» зачтутся добрые дела.

 

Светлана Лебедева, руководитель проектов гастрономической школы «Стол»:

—Людям, просящим милостыню на улице, я обычно не подаю. К сожалению, они — часть бизнеса, причем самая тяжелая часть. Это рабский труд. Собирать милостыню на улицах их гонят криминальные структуры, которые впоследствии отбирают у несчастных деньги. Поэтому я не готова поощрять такие действия. Что касается государственных программ по борьбе с бедностью — сейчас, наконец, стали появляться приюты, благотворительные столовые. Их пока, конечно, очень мало. На мой взгляд, это наиболее подходящий вариант помощи людям, попавшим в тяжелую ситуацию. Конечно такая работа — очень сложная, и держится она, как правило, не на государственных ресурсах, а на плечах энтузиастов.

 

Сергей Мартьянов, директор компании «Финасово-аналитические системы»:

—Я считаю, что проблема таких людей, неимущих людей — это проблема общества. Подавать милостыню нужно, на мой взгляд, такую, чтобы человек мог пойти и нормально поесть, даже не просто на булку хлеба. Хотя, конечно, подавать нужно не всем и не всегда. Я не подаю обычно тем, кто ходит между машинами на дорогах. Подаю бабушкам. А если просят дети, то предлагаю им купить еды. Некоторые отказываются. Сразу ясно, что деньги они просили не на хлеб. Хорошо, что у нас появляются благотворительные организации, общества. Знаю, что много делается православной церковью. Но было бы еще лучше, если бы все религиозные организации объединились над этой проблемой. Конечно, нуждающимся людям можно помогать не только деньгами или вещами. Голодному можно дать рыбу, а можно — удочку. И тот, и другой варианты имеют место быть.

 

Алексей Чемезов, коммерческий директор фирмы «СанТехЛайн»:

—Я подаю только бабушкам, которые реально нуждаются в деньгах. И еще иногда студентам, которые в переходах на гитарах играют, но это исключительно в память о своей безбашенной молодости. А вот инвалидам на перекрестках и мигранткам с выводком детей не подаю. Просто я уверен, что для них это бизнес. Да и не только для них, а для тех криминальных структур, которые за ними стоят. Конечно, многие инвалиды для меня уже узнаваемы. Например, женщина с мальчиком на инвалидной коляске на перекрестке Ленина—Мамина-Сибиряка. Или инвалид на перекрестке Московской—Объездной. Или цыганка с ребенком возле «Меги». Еще помню раньше на Ленина возле типографии «Уральский рабочий» постоянно стоял пьяный мужчина и пел голосом Шаляпина старинные романсы. Возле метро «Площадь 1905 года» тоже бабушка поет частенько. Последние двое — колоритные персонажи, украшение нашего города. Что же касается законодательных инициатив, я бы запретил попрошайничество в принципе. И за ложные объявления, типа «Подайте на лечение», ввел бы уголовную ответственность.

Просмотров: 4151

Понравилась новость? Тогда: Добавьте нас в закладки   или   Подпишитесь на наши новости

Новости партнеров

Loading...

Юрист Алена Беликова:

«При любых погодных условиях оставайтесь людьми»

среда, 16 октября

Сегодня

+6
+6
+7
+7
Днем
+4
+4
Вечером
Загрузка...