Обычное дело. Медики лечили тагильчанина от остеохондроза, а умер он от инсульта

Сожительница мужчины и двое их детей отсудили у двух больниц 350 тысяч рублей.

Жительница одного из населенных пунктов, расположенных под Нижним Тагилом, Светлана Никонова (фамилия и имя изменены — прим. ред.) отсудила за смерть своего 38-летнего сожителя — монтажника 4-го разряда Сергея Лешакова — 350 тысяч рублей. Врачи двух областных больниц отказывались госпитализировать мужчину и даже не пытались поставить ему точный диагноз, который был виден даже невооруженным взглядом. Мужчина тем временем в течение семи дней умирал от ишемического инсульта. Больницы, пытаясь защитить себя, вызывали в суд двух малолетних детей умершего и очерняли его сожительницу.  Однако суд встал на сторону исца.

 

Стоит отметить, что это последнее судебное разбирательство в практике МС «Мегус-АМТ».

 

Как рассказал JustMedia председатель правления общественной организации защиты потребителей медицинских услуг «Здравоохранение» Максим Стародубцев, 2 сентября 2008 года Сергей почувствовал себя плохо: заболела голова, появились тошнота, рвота, слабость. Фельдшер участковой больницы ничего, кроме обезболивающего, не назначил  и выдал больничный лист с диагнозом остеохондроз шейного отдела позвоночника. Через три дня у Сергея онемело  лицо и левая  рука, которая на следующий день почти отнялась, а лицо перекосило. В таком состоянии к нему была вызвана скорая медицинская помощь, которая увезла больного в Демидовскую ЦГБ Нижнего Тагила.

 

«В приемном покое мужичину осмотрели кардиолог и невролог. Кардиолог на основании электрокардиограммы и данных артериального давления поставил диагноз нейроцеркуляторная дистония (НЦД ) по гипертоническому типу, шейный остеохондроз. Невролог (!) в диагнозе не усомнился. В госпитализации Сергею отказали, рекомендовав плановое обследование и лечение на дому», — говорит Максим Стародубцев.

 

 

По словам жены Сергея, ночью у него снова появилась рвота и она вызвала  «скорую помощь», которая опять доставила его в Демидовскую ЦГБ. Там мужчину никто не осматривал, и он всю ночь пролежал на кушетке в приемном покое.

 

«Диагноз тот же, лечение назначено! .. оснований для госпитализации нет», — из записи дежурного врача от 7 сентября 2008 года 1.15. (на тот момент мужчина чувствовал себя очень плохо уже пятый (!) день — прим. ред.)

 

Из больницы до дома мужчина добирался на общественном транспорте. По словам очевидцев, на его ассиметричное, осунувшееся, зеленовато-желтого цвета лицо было страшно смотреть. По дороге с остановки он упал, и жена с соседкой еле довели его до дома, уложили на диван, где он и лежал без движения до обеда.

 

Чтобы привлечь к оказанию медицинской помощи других (!) врачей, жене Сергея пришлось перевезти мужа в соседний поселок, по месту его регистрации. Оттуда она вызвала «скорую помощь» Новоасбестовского отделения Петрокаменской участковой больницы. Однако врачи «скорой» отделались от пациента уколом магнезии с папаверином и уехали. После укола мужчине стало еще хуже, он начал бредить и вести себя неадекватно.

 

Светлана, которую дома ждали двое малолетних детей, вынуждена была оставить мужа  под присмотром брата Михаила и его жены Натальи. Поздно вечером Наталья сообщила, что у Сергея начались судороги и пошла изо рта пена, он не узнавал окружающих. Тогда Светлана позвонила в психиатрическую больницу и вызвала специалиста оттуда. Со слов Михаила и Натальи, приехавший врач потребовал очередного экстренного выезда «скорой». Пациент, по его мнению, был уже при смерти. «Скорая» увезла Сергея сначала в больницу Новоасбеста, а оттуда, уже в состоянии комы другая бригада вернула его в Демидовскую ЦГБ. Там Сергей, не приходя в сознание, через сутки в ночь на 9 сентября 2008 года скончался.

 

Согласно медицинскому свидетельству, причиной смерти Сергея оказался ишемический инсульт, а вовсе не «безобидные» остеохондроз шейного отдела позвоночника и нейроцеркуляторная дистония.

 

В октябре 2008 года Светлана написала в прокуратуру Нижнего Тагила заявление о возбуждении уголовного дела в отношении медицинских работников. Но в связи с тем, что  СПЕЦИАЛЬНО никто не стремился угробить Сергея, ей было отказано. В декабре 2009 года  Светлана пожаловалась в управление здравоохранения Нижнего Тагила, где ей сообщили, что обследование Сергея в Демидовской ЦГБ проводилось (осмотр кардиолога, невролога, ЭКГ — прим. ред.), а диагноз установлен неверно в связи с «атипичным течением заболевания и молодым возрастом больного». Лишь в конце 2012 года женщина обратилась в «Мегус АМТ».

 

По словам Максима Стародубцева, чтобы доказать вину нижнетагильских медиков, прилагать больших усилий не пришлось, потому что даже из общедоступных публикаций известно, что не зависимо от возраста «сильная головная боль, сопровождающаяся тошнотой и рвотой, асимметрия чувствительности лица и конечностей являются типичными симптомами инсульта».

 

Более того, дежурный врач Демидовской ЦГБ при повторной доставке Сергея в больницу отказал ему в госпитализации. Это противоречит универсальному алгоритму принятия медицинских решений «Организация тактики выездных бригад скорой медицинской помощи при опасных для жизни заболеваниях и травмах», утвержденных министром здравоохранения Свердловской области в 2002 году.

 

«Повторный вызов «скорой» к одному и тому же больному не позднее чем через 24 часа после первого, независимо от диагноза, является показанием к экстренной госпитализации.

 

«Защита больницы строилась почти исключительно на очернении истца в перекладывании вины на пациента. Кроме того, оба ответчика ссылались на отсутствие ресурсных возможностей для диагностики инсульта. Хотя Нижнетагильская Демидовская ЦГБ является крупнейшей региональной больницей и в конце 2008 года была объявлена Межрайонным сосудистым центром для диагностики и лечения ОНМК. Ни в какие рамки не лезет и такая деталь: в ходе судебного процесса со стороны Демидовской ЦГБ было заявлено ходатайство о допросе в судебном заседании малолетних детей умершего. На момент смерти отца младшей дочери было 5 лет», — говорит Максим Стародубцев.

 

По делу была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, подтвердившая нарушение стандарта диагностики в части установления неврологического статуса и анамнеза больного в приемном покое ДЦГБ, неправильное установление диагноза остеохондроз ШОП и косвенную причинно-следственную связь допущенных нарушений со смертью больного. Со стороны второго ответчика — Горноуральской районной больницы отсутствие вины не доказано, поскольку утрачены все медицинские документы Сергея Лешакова, за исключением карт вызова СМП.  Но поскольку отсутствие вины не доказано, она считается установленной по правилам гражданского судопроизводства.

 

В соответствии с резолютивной частью судебного решения, объявленной судом 17 июля 2014 года суд взыскал с ответчиков 350000, 50 из которых в пользу Светланы и по 150 тысяч рублей — каждого из детей.

 

Просмотров: 5209

Автор: Екатерина Турдакина

Понравилась новость? Тогда: Добавьте нас в закладки   или   Подпишитесь на наши новости

Новости партнеров

Loading...

Татьяна Полевичёк, творческая мастерская «Арт-Знак»:

«Уральская погода неожиданная – то солнце, то снег, то плюс, то минус»

вторник, 07 апреля

Сегодня

+1
+1
+3
+3
Днем
-7
-7
Вечером
Загрузка...

Последние события

Сегодня в 09:09

Российско-Китайское ЭКСПО перенесли из-за пандемии

Мероприятие пройдет параллельно вместе с ранее отмененным ИННОПРОМом.

Сегодня в 08:52

В Екатеринбурге из-за закрытия Белореченской изменится схема движения автобусов

Связано это с проведением планового ремонта теплотрассы.

Сегодня в 08:28

В Екатеринбурге 167 школ после каникул перешли на дистанционное обучение

Соответствующее распоряжение подписала Екатерина Сибирцева.