В Североуральске свое «Ура.Ру»: журналисты местной газеты уволились из-за конфликта с мэром и создали свободное СМИ

Редактор североуральской газеты потеряла должность из-за споров с и.о. главы города. Вслед за ней ушел весь коллектив.

В Североуральске развивается противостояние местных журналистов и представителей городской власти. Ситуация достигла критической точки: практически вся редакция муниципальной газеты «Наше слово» вынуждена была уволиться из-за давления исполняющего обязанности главы города Дмитрия Волоснякова. JustMedia поговорил с бывшим главным редактором газеты Людмилой Вахрушевой, которая поделилась своей версией конфликта с муниципалитетом и нынешними проблемами коллег.

 

—Людмила Дмитриевна, расскажите, пожалуйста, о ситуации в редакции муниципальной газеты «Наше слово». С чего начались проблемы?

 

—До недавнего времени я занимала должность главного редактора газеты «Наше слово». Я старалась делать все, чтобы издание максимально развивалось. Но это сложно, потому что изначально была выбрана неподходящая организационно-правовая форма.

 

По сути, предприятие работало как бюджетное учреждение. Сложилось следующее противоречие: чтобы развивать издание и платить сотрудникам достойную зарплату, мы оказывали рекламных и прочих услуг по размещению информации на сумму около 1,2 млн. рублей, а в городском бюджете на финансирование деятельности газеты заложено всего 800 тысяч. Куда уходила эта разница в 30%, в администрации нам так и не объяснили.

 

В коллективе у нас всегда были крепкие товарищеские взаимоотношения. Я никогда не скрывала от коллег ситуации с финансированием, поэтому коллеги меня всячески поддерживали в попытках выстроить равноправные взаимоотношения с администрацией. Политика эксплуататорства не устраивала всю редакцию. Как следствие, в газете стали появляться статьи с некоторой критикой работы мэрии. Критика была достаточно слабой, легкой, но все же заметной. Как главный редактор я всегда придерживалась принципов свободы слова, а тем более в условиях, когда люди, работая на полную, недополучали заработанные деньги. Я просто не имела морального права цензурировать материалы.

 

В итоге ситуация превратилась в откровенный фарс. Любое аппаратное совещание начиналось с разборов полетов редакции, с оскорбления наших сотрудников. В общем, наши «первые лица» с завидной регулярностью демонстрировали махровое хамство в отношении всего коллектива и меня лично. Я же говорила все в глаза и открыто, потому что уважения к этим людям у меня уже не осталось. Хотя я сама из этой же среды, работала пресс-секретарем, прекрасно знала все законы этого так называемого бомонда. Я понимала, что работаю в должности главного редактора муниципальной газеты, а повороты в сторону свободы слова не приветствуются.

 

—Когда началось «закручивание гаек»? Есть ли для этого какие-то объективные причины?

 

—Ситуация изменилась не в нашу пользу, когда исполняющим обязанности главы города был назначен Дмитрий Александрович Волосняков. Я работала и с главой Юрием Николаевичем Фроловым, и была пресс-секретарем у двух прежних глав. Но такого отношения к СМИ не было никогда в городе. Это началось именно при Волоснякове. Весь парадокс в том, что он всего лишь исполняет обязанности градоначальника, но ведет себя как глава. Он просто перестал проявлять всякое уважение к труду журналистов. Нам было отказано в необходимом финансировании. При этом требовали с нас по максимуму. Правки стали вносить практически во все статьи.

 

—Давление было постоянным?

 

—Да, с тех пор, как у власти оказался Волосняков. Я пришла в газету в конце июля 2010 года. Положение уже тогда было далеко не самым лучшим. Тогда я обратилась к учредителю с предложением выделить нормальное финансирование, при условии того что газета станет автономным учреждением и работать будет на рыночных условиях. В газете появился рекламный отдел, стали приходить серьезные деньги. Но так как издание являлось и является по форме бюджетным учреждением, у меня были попросту связаны руки. С приходом Волоснякова через какое-то время меня поставили перед фактом, что денег давать не будут, как бы мы ни работали — хуже или лучше.

 

2011 год мы закончили с прибылью в 400 тысяч рублей по рекламе. Это большие деньги. Вот на этот же объем в 2012 году от администрации города нам уменьшили поступление денег. И все! Чем больше мы работаем, тем меньше идет финансирование газеты из бюджета. При этом нас постоянно учили, как и что писать, вызывали на ковер по любой статье. Также считалось нормальным, что у меня как у редактора зарплата около 30 тысяч рублей, а у ребят всего 7,5 тысячи рублей.

 

—Зачем это нужно городской власти, по-вашему?

 

—Они хотели взять под контроль все. Не просто какие-то цифры и факты. Все — вплоть до того, какие эпитеты использовали журналисты, где какое слово вставили. В итоге в городе была собрана разъяснительная комиссия из депутатов. После разбора полетов, вместо того чтобы сообща прийти к какому-то мнению, меня убрали без объяснения причин, выплатив компенсацию. Это было как нож в спину.

 

—Ушли только вы или весь коллектив?

 

—Хотел уйти весь пишущий, творческий коллектив. Но один человек остался. В один момент, предав или сделав для себя какие-то выводы. Ему пообещали кресло главного редактора, и он остался. А все остальные решили перейти в новое издание.

 

—Ситуация в газете «Наше слово» с уходом прежней редакции изменилась?

 

—Мне кажется неэтичным высказывать свое мнение о том, хуже или лучше стала работа в газете. Пришли новые люди. Стало очень много дайджеста. Перепечаток с интернета. Тематические страницы теперь ведут не журналисты редакции, а две молоденькие девочки, выпускницы школы. Мне как бывшему редактору люди звонят, жалуются, что читать газету стало неинтересно. Сейчас газета живет только за счет своего бренда, который раскручивался на протяжении 60-70 лет. Не за счет содержания. 

 

—А как вообще Дмитрий Волосняков стал исполняющим обязанности главы города?

 

—Он был замом главы города по экономике. Притом с него никто никогда не спрашивал конкретных дел, потому что экономика у нас всегда была «монопольной».

 

—Получается, его поддерживает кто-то сверху?

 

—Есть информация, что его поддерживает СУБР. Он очень обходительно умеет общаться с людьми, очень корректно. В свое время его назначил экс-губернатор Свердловской области Александр Мишарин.  

 

—С приходом к власти Волоснякова, как я понимаю, началось давление не только на журналистов, но и на другие сферы жизни города?

 

—За короткий промежуток его «правления» был проведен ряд реформ. И эти реформы пошли абсолютно не в пользу города. Поясню. Допустим, в апреле происходит реформирование административной структуры, через полгода этот процесс начинается заново. Волосняков раздробил управление культуры на два отдела, фактически просто ликвидировал. Но в то же время у нас остается управление муниципальных заказов, где баснословные зарплаты, но где работают два человека. Два! В других городах эти же функции выполняет целый экономический отдел. Кроме того, Волосняков создал ряд бюджетных учреждений и предприятий. Хотя по его же словам, свободных денег в бюджете нет. Это было тогда, когда газета просила средств на развитие. На нас денег не было, а на создание новых предприятий средства нашлись. А для чего? Для того чтобы ввести туда нужных людей, перераспределив бюджетные потоки. К коммерческим структурам отношение примерно такое же. Все, кто хочет работать в нашем городе, должны подчиняться ему.

 

—Можете привести конкретные примеры?

 

—Да, буквально на прошлой неделе огласку получила ситуация с североуральской транспортной компанией «Уралтранс». Из-за Волоснякова предприятие находится на грани банкротства, а около сотни рабочих получили уведомления о сокращении. Там имеют место нарушения антимонопольного законодательства со стороны градоначальника и одной из муниципальных структур.

 

—После того, как вы ушли из газеты «Наше слово», вы с коллегами открыли альтернативное издание — «Наше слово в каждый дом». А как в городе отнеслись к его появлению?

 

—Реакция населения нас очень удивила. Первый выпуск разошелся моментально. От этого тиража остались считанные экземпляры. Ее искали, ее спрашивали. Даже несмотря на то что Волосняков моментально запретил киоскам «Роспечати» ее продавать. Сказал, что с нами нельзя сотрудничать.

 

—То есть сейчас препятствия продолжают чинить?

 

—Конечно. Но люди помогают, простые люди. Некоторые торговые точки пошли нам навстречу.

 

—А при подготовке номеров сталкивались ли вы с какими-то проблемами?

 

—К сожалению, да. Властные структуры полностью отвернулись от нашего издания. Нас не пускают на совещания к главе города. Звоним пресс-секретарю — она не берет трубку. Даже когда получается пробиться на мероприятие, нашим корреспондентам не дают задавать вопросы. Вот так и живем. Очень бы хотелось, чтобы ситуация все-таки изменилась. Это все не по-человечески.

 

—Удачи, Людмила Дмитриевна, вам и вашим коллегам в непростой работе.

Просмотров: 3686

Понравилась новость? Тогда: Добавьте нас в закладки   или   Подпишитесь на наши новости

Новости партнеров

Наталья Лесникова, ГИБДД Екатеринбурга:

«Даже в самую ненастную и дождливую погоду нужно помнить, что небо голубое»

суббота, 04 июля

Сегодня

+17
+17
+24
+24
Днем
+17
+17
Вечером
Загрузка...

Последние события

Вчера в 19:55

Главный эпидемиолог Екатеринбурга объяснил, какие случаи коронавируса попадают в официальную статистику

Александр Харитонов прокомментировал слитое в сеть письмо главы Роспотребнадзора.

Вчера в 16:59

Павел Креков объяснил, о чем говорится в письме начальника Роспотребнадзора

В нем написал губернатору о том, что статистику в регионе специально занижают.